Институт безопасности труда

В авангарде обеспечения
безопасности труда

+7 (495) 989-43-06

+7 (495) 989-44-93

mail@ohsi.ru
Закрыть

Аудиторские услуги

Услуги внутренних аудиторов, аутсорсинг  службы внутреннего аудита организации

Аутсорсинг охраны труда

Осуществление функций службы охраны труда, разработка, внедрение и обеспечение функционирования отдельных процессов охраны труда в организации

Повышение компетенций персонала

Все виды и формы образовательных услуг в областях обеспечения безопасности труда

Разработка и внедрение систем менеджмента безопасности труда

Разработка нормативных документов

Разработка национальных стандартов, стандартов организации, описание процедур систем менеджмента безопасности труда и охраны здоровья и систем управления охраной труда

Главная>О нас>Новости>О постановлении Правительства РФ №870

05.02.2014

О постановлении Правительства РФ №870

20 ноября 2013 года исполнилось 5 лет с момента издания постановления Правительства РФ от 20.11.2008 г. №870 »Об установлении сокращенной продолжительности рабочего времени, ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска, повышенной оплаты труда работникам, занятым на тяжелых работах, работах с вредными и (или) опасными и иными особыми условиями труда». Предполагалось, что через  6 месяцев после его издания в РФ вступит в силу новый порядок предоставления работникам дополнительного отпуска, сокращенного рабочего времени и доплат за вредные условия труда и прекратят свое действие Списки, Перечни и Инструкции бывшего СССР. Однако новый порядок так и не был издан, но правоприменительная практика по постановлению Правительства № 870 вполне достаточная для того, чтобы это постановление наконец-то отменить…  Предлагаем вниманию посетителей сайта статью директора АНО «ИБТ» Федорца А.Г.

ПРАВОВЫЕ  ПРОБЛЕМЫ ПРИМЕНЕНИЯ ПОСТАНОВЛЕНИЯ ПРАВИТЕЛЬСТВА РФ ОТ 20.11.2008 №870

«В науке все то, что способствует ее развитию,есть

истина, все, что препятствует развитию науки,ложно.

В этом отношении истинное аналогично целесообразному…»
Академик Л.С. Берг:

 К настоящему времени накопилась достаточно обширная правоприменительная практика в отношении так называемых «компенсаций» за так называемые «вредные условия труда».  И эта практика не вызывает оптимизма. Даже решения Верховного суда РФ не отличаются последовательностью и убедительностью, если не сказать — правосудностью.  В этом не стоит обвинять судей, так как трудовое право в отношении так называемых «компенсаций» за так называемые «вредные условия труда»  отличается крайней запутанностью и противоречивостью. Конечно, если не зреть прямо в корень проблемы. Одним словом – «систему надо менять».  А это не в полномочиях судов.

Постановление Правительства от 20.11.2008 №870  «Об установлении сокращенной продолжительности рабочего времени, ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска, повышенной оплаты труда работникам, занятым на тяжелых работах, работах с вредными и (или) опасными и иными особыми условиями труда» (далее – Постановление №870)  должно быть отменено. И  если все руководители и специалисты (прежде всего юридического блока) будут внимательными и настойчивыми в отстаивании  именно правовой позиции в этой проблеме – ситуация не может не измениться.

В АНО «Институт безопасности труда»  термины «компенсации» и «вредные условия труда» всегда употребляется с добавлением уточнения  — «так называемые» или в кавычках. По мнению автора в правой базе Российской Федерации понятие[1] «вредные условия труда» (не смешивать с  термином) никогда не существовало, не существует и не может существовать пока не будет отменена  часть 3 статьи 37 Конституции России, гарантирующей каждому гражданину право на труд в условиях, соответствующих требованиям безопасности и гигиены. Что касается термина «компенсации», то связанное с ним понятие действительно существует и понимается во всех областях права (гражданского, налогового, арбитражного) как возмещение доказанного вреда (ущерба) в строго определенном, подтвержденном документально  размере.

Проблема 1. Неправомерное использование термина «компенсации» применительно к  сокращенному рабочему времени, дополнительному отпуску и повышению оплаты труда

В Трудовом кодексе РФ термин «компенсации»  трактуется в правильном, общепризнанном смысле: «Компенсации — денежные выплаты, установленные в целях возмещения работникам затрат, связанных с исполнением ими трудовых или иных обязанностей, предусмотренных настоящим Кодексом и другими федеральными законами».

Однако, тот смысл, который вкладывается в этот термин постановлением Правительства от 20.11.2008 №870 (далее – Постановление №870) и в стр. 040 Карты аттестации рабочего места не имеет однозначного описания.  Если «компенсация» устанавливается строго в размере ущерба, то почему ее размер зависит от размера тарифной ставки? Работники с более высокими тарифными ставками испытывают более тяжелые физические и нравственные страдания от «вредных условий труда»?  Сокращенный рабочий день и дополнительный отпуск – компенсируют   ущерб здоровью или являются предупредительными мерами, чтобы работник не получил заболевание или травму в результате повышенной усталости?

Более того, Трудовой кодекс РФ никаких конкретных «компенсаций» работникам, обусловленных какими-либо «условиям труда» не предусматривает.  Не может быть «компенсации условий», может быть только «компенсация ущерба, обусловленного условиями» и,  при том, в строго определенном размере (не зависимо от заработной платы).

Неправомерное (с точки зрения трудового законодательства) и ошибочное с точки зрения экономики и гражданского права использование термина «компенсации» в Постановлении  №870 является самой очевидной и легко исправимой ошибкой. Например, первую часть постановления можно было бы изложить следующим образом:

1. Установить работникам, занятым на тяжелых работах, работах с вредными и (или) опасными и иными особыми условиями труда, по результатам аттестации рабочих мест […]: сокращенную продолжительность …. (и далее по тексту, без использования слова «компенсации»).

Специалисты сферы «охраны труда» не всегда понимают,  в чем принципиальная разница как назвать:  повышение оплаты труда за «вредные» условия труда – «компенсацией» или просто «повышением оплаты труда»?

Разница есть для налогообложения: на повышение оплаты труда дополнительно начисляются страховые взносы в фонды (страховой, медицинский, пенсионный), а из начисленной доплаты вычитается НДФЛ.  «Компенсация» — вручается работнику без всяких налогов. Просто ему возвращается то, что он потерял (утратил), действуя в интересах работодателя, и никто из этого никакого явного или скрытого дохода (за чем очень внимательно следит налоговая инспекция!) не получил.

Пример. Если месячный фонд оплаты труда относительно крупного предприятия составляет 50 млн. рублей и работникам необоснованно повысить оплату труда на 4%,  посчитав ее при этом «компенсацией», то государственному бюджету и фондам в течение  года будет нанесен ущерб в размере более 11 млн. рублей. А это уже заведомо попадает в «особо крупный размер».  Статья 199.1 УК РФ предусматривает за это деяние до 6 лет лишения свободы, а ст. 199.2 УК РФ – до 5 лет. Вот такая вот разница между «доплатой» и «компенсациями» — до 6 лет…

Правда специалисту по охране труда, или юристу организации это не грозит. Это касается, прежде всего, главного бухгалтера. Но разве главного бухгалтера, юриста организации  проблемы аттестации рабочих мест и компенсаций интересуют (до суда)?  Разве те, кто вставил не к месту слово «компенсации» в постановление Правительства РФ имеют представление о том, что кроме «охраны труда» еще «есть многое на свете,…, что и не снилось нашим мудрецам». Например, кроме трудового, есть еще и налоговое законодательство. И, вообще, о том, что понятие  «компенсация» используется уже давно и без особых разночтений.

Что касается предоставления дополнительного отпуска, то в этом случае все квалифицированные экономисты (и налоговики) единодушны: все полученные выплаты и иные доходы работника, если они не предусмотрены законодательством и не связаны с результатами труда  — это «бонусы» или « вознаграждения», учитываемые  в соответствии со ст. 270 НК РФ пп. 21 и 22 «в виде расходов на любые виды вознаграждений, предоставляемых руководству или работникам помимо вознаграждений, выплачиваемых на основании трудовых договоров (контрактов); в виде премий, выплачиваемых работникам за счет средств специального назначения или целевых поступлений» (Письмо Минфина от 19.10.2007г. №03-03-06/1/726).

Таким образом, дополнительные «отпускные» не являются частью «заработной платы», так как не связаны с результатами труда, не могут быть «расходами» с бухгалтерской (налоговой) точки зрения[2] . Следовательно, эти «отпускные бонусы» могут выплачиваться работниками только из будущей прибыли организации (т.е.  к отпускным затратам плюс   - налог на прибыль).  Но это не освобождает налогового агента (работодателя) от уплаты страховых взносов и НДФЛ.  То есть, если работодатели не начислят страховые взносы с суммы «отпускных», начисленных из прибыли, то такое деяние будет поводом для усмотрения налоговыми органами  занижения налоговой базы на страховые взносы.  При этом  налог  на доход работника (НДФЛ) также остается.

Конечно, существуют почти законные способы провести и увеличенные «за вредность»  отпуска как «трудовые», но это тема не для всех.

В случае, когда действительно законом или иным нормативным правовым актом будут определены все необходимые правовые условия для предоставления работнику  дополнительного оплачиваемого отпуска, обусловленного «условиями труда» вступит в силу  п.7 ст. 255 Налогового кодекса РФ. В соответствии с этой нормой оплата дней отпуска работника в пределах продолжительности, установленной законодательством (включая различные виды дополнительных отпусков ст. ст.  115, 116, 117, 120  Трудового кодекса РФ, прим. автора),  рассматривается в структуре заработной платы как доход работника, который подлежит налогообложению в общем порядке.  Но и в таком случае  дополнительный отпуск — это не «компенсация»!

Таким образом, проблема идентификации понятия «компенсации» применительно к  «условиям труда», это не столько проблема «охраны труда», сколько проблема налогового  учета. Если бухгалтер, не обращая внимания,  на слово «компенсации»  учитывает «повышение оплаты труда» по результатам аттестации рабочих мест (стр. 040) именно как «повышение оплаты труда», то честь ему и хвала.  Не стоит экономить на своей свободе.

Но что касается дополнительных отпусков, здесь надо быть особенно осторожным! Дополнительный отпуск, если он бесспорно не установлен именно нормативным правовым актом, именно для данной категории работников или не связан с положением об оплате труда (трудовым договором),  с результатами труда – это может быть бонус или благотворительная помощь работодателя. Даже, если этот отпуск предусмотрен коллективным договором.

Проблема сокращенного рабочего дня (недели) в бухгалтерском учете реализуется без особенностей. Конечно, если кто-нибудь не догадается проводить оплату времени, когда работник «уже отдыхал»,  как «компенсацию». Тогда мы имеем ситуацию, аналогичную дополнительному отпуску  — недоплата налога на прибыль, взносов и НДФЛ. Со всеми вытекающими отсюда проблемами, возможно, и в «особо крупных размерах».

Вывод: если в связи с  «вредными» или иными «нехорошими» условиям труда увидите надпись «компенсации» -  не верьте глазам своим!

Солидарно с Налоговым кодексом РФ и Трудовой кодекс РФ все это «компенсациями» пока не считает. Возможно, чтобы не вносить изменения в стр.040 Карты аттестации и в постановление Правительства РФ вскоре откорректируют ст. 164 Трудового кодекса РФ.  Иными словами, «приведут Трудовой кодекс РФ в соответствие приказу Минздравсоцразвития России от 26.04.2011 №342н».  Это не шутка, поскольку такой принцип управления (снизу-вверх) полностью соответствует действующей системе охраны труда, в которой государственную политику в области «охраны труда» для законодателей вырабатывает… исполнительный орган (?!).

Если это произойдет, все изложенное выше следует еще раз перечитать.

Проблема 2. Отсутствие адресата правовой нормы

Все суды (местные, Верховный суд  РФ, Конституционный Суд  РФ) с таким доверием относятся к Правительству РФ, как вроде бы там не обычные люди работают, которым тоже свойственно ошибаться, а потомственные небожители.  Суды даже не обращают внимания собственно на несоответствие положений постановления от 20.11.2008 №870 общепризнанной структуре правовой нормы, которая в общем случае включает: адресата (кто?), гипотезу (условие – «в случае, если… – то…»), диспозицию («…что…») и санкцию («…иначе…»).

Что касается «диспозиции», то с ней почти все ясно: установить доплаты, отпуск, сокращенную продолжительность рабочего времени в установленных размерах (не менее).

Не вполне понятна только одна «мелочь»: «все перечисленное одновременно» или «кое-что на выбор»? А если на выбор -  то «что именно» и «на чей выбор»? Но, это понятно, не дело Правительства России уточнять такие детали. Именно с этой целью все изложенное в п.1 Постановления №870 еще раз (для надежности восприятия)  повторено для Минздравсоцразвития России в надежде, что с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии все будет более детально разъяснено приказом. Не премьерское это дело расписывать проценты и часы по видам производственных факторов и по классам условий труда.

С гипотезой (условиями) разберемся несколько позже.

Самые интересные вопросы: Что означает слово «установить»? Собственно «кто» должен «установить»? Если «установить» и «обеспечить  финансирование» это не одно и то же, то кто за «все это»  должен заплатить?

Что касается первых двух вопросов, то ответы на них находим сразу же в п.2 постановления:

«2. МИНИСТЕРСТВУ здравоохранения и социального развития Российской Федерации в 6-месячный срок после вступления в силу настоящего постановления УСТАНОВИТЬ… (МИНИМАЛЬНЫЕ РАЗМЕРЫ того, что указано в п.1, прим. автора)… а также УСЛОВИЯпредоставления указанных компенсаций».

С этим все, на взгляд автора, предельно ясно.  Однако, судя по судебной практике и разъяснениям органов власти это, почему-то ясно далеко не всем. Все остальные, которые способны «принимать во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений» (ст. 431 ГК РФ) могут спокойно ждать, пока МИНИСТЕРСТВО  УСТАНОВИТ эти самые «МИНИМАЛЬНЫЕ размеры»  и самое главное – УСЛОВИЯ (т.е. «гипотезы»)! предоставления этих так называемых «компенсаций».

Не понятно, что заставляет многих руководителей, при наличии в штате людей, имеющих высокое звание «юрист»,  совершенно безропотно  выполнять абсолютно безосновательные требования надзорных органов о предоставлении работникам в соответствии с постановлением №870  так называемых «компенсаций» за счет работодателя?

Да, действительно, Трудовой кодекс РФ (ст. 219) гарантирует работнику такое право. Однако, не зря говорят, что «иметь обед» и «иметь право просить на обед» это «две большие разницы».  Да,  действительно, ст.165 Трудового кодекса РФ обязывает работодателя обеспечивать предоставление работникам «компенсаций», перечисленных в данной статье, а также иных, установленных Трудовым кодексом РФ: «При предоставлении гарантий и компенсаций соответствующие выплаты производятся за счет средств работодателя».

Однако, даже чрезвычайно внимательно перечитывая ст.92,117,147 мы не найдем указания на то, что это «гарантии» или «компенсации». В связи с чем, уточнение этого неоднозначного положения и поручено Российской трехсторонней комиссии.

Таким образом, следует отстаивать следующую правовую позицию: Трудовой кодекс РФ не предусматривает для работодателя такой обязанности:  обеспечить предоставление работникам перечисленных в постановлении №870  «бонусов»  «за вредные (и иные нехорошие) условия труда».

Одно из положений Римского права специально для данного случая гласит: Neminem oportet esse sapientiorem legibus —  «никто не обязан быть умнее законов». То есть, —  не надо уподобляться известной унтер-офицерской вдове и додумывать на свою голову того, что законом, на самом деле, не предусмотрено. Применительно  к нашей теме следует также добавить:  «не торопись, а то успеешь…»  или  «не торопись выполнять – вдруг, отменят»[3].

И в других случаях, обеспечение декларируемых законодательством прав  работником не всегда возлагается на работодателя.

В той же ст.165 компенсация затрат работника, обусловленных обязательным участием в государственных или общественных делах обеспечивается государством.

Право  отдельных категорий работников на досрочную пенсию также предусмотрено законодательством. Но разве работодатели обеспечивают  эту государственную гарантию в отношении конкретного работника? Нет,  государство,  в лице Пенсионного фонда России как-то само пока справляется. Хоть и на пределе…

А, может, после обсуждения в Российской трехсторонней комиссии будет принято согласованное решение: повысить НДПИ (на нефть и газ) акцизы на алкоголь и за счет этих средств – «обеспечить» выплату «компенсаций» за «вредность», не привлекая средств работодателей, которым и так тяжело тянуть нелегкое налоговое бремя и самый «тяжелый» в мире Трудовой кодекс?

Этот вариант развития событий с освобождением работодателей от обеспечения не всегда продуманных государственных обещаний (гарантий), законодательно не подкрепленных корреспондирующими обязанностями,  больше относится к области фантастики. Более реальный и понятный пример решения проблемы «адресата» правовой нормы находим в ситуации с «молоком за вредность».

Статья 222 Трудового кодекса РФ настолько тщательно и детально описывает гарантии, предоставляемые работникам в отношении бесплатного получения ими  молока «за вредность», что при чтении статьи перед глазами очень ясно вырисовывается образ добродушного, усатого работодателя в белом фартуке, который лично наливает каждому работнику его заслуженный стакан. Молока, естественно.

Но  увы. Сторона, ответственная за обеспечение бесплатной выдачи молока Трудовым кодексом не определена.  Потому, что это  — не компенсация!  Что может компенсировать молоко, кроме повышенной кислотности желудочного сока?Тем не менее,  вспомните, как называется  стр.040 Приказа Минздравсоцразвития России от 26.04.2011 №342н.

Адресат этой нормы определен приказом Минздравсоцразвития России  от 16 февраля 2009 г. № 45н «Об утверждении норм и условий бесплатной выдачи работникам, занятым на работах с вредными условиями труда, молока или других равноценных пищевых продуктов, Порядка осуществления компенсационной выплаты в размере, эквивалентном стоимости молока или других равноценных пищевых продуктов, и Перечня вредных производственных факторов, при воздействии которых в профилактических целях рекомендуется употребление молока или других равноценных пищевых продуктов».

Кстати, здесь совершенно к месту употреблен термин «компенсационная выплата», поскольку вместо неполученного молока работник получает возмещение в виде денежной выплаты. Копеечка, в копеечку и, заметьте, независимо от тарифной ставки и выслуги лет.

Этот приказ введен в действие с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии (работодатели согласились)  и содержит явное указание на сторону, которая должна принять на себя ответственность за обеспечение этой поистине исторической советской «гарантии»  (п.12):

«Ответственность за обеспечение бесплатной выдачи работникам молока и равноценных пищевых продуктов, а также за соблюдение настоящих норм и условий их выдачи возлагается на работодателя».  Приказ зарегистрирован в Минюсте России и официально опубликован в «Российской газете».

Здесь вопросов нет. Все законно и понятно.

Так и вывод очевиден: внимательно читайте нормативные правовые акты сами!  Вы же не считаете, что каждая надпись на заборе адресована персонально Вам  и требует немедленного  исполнения?

Не следует торопиться повышать оплату труда, предоставлять дополнительный отпуск или сокращать рабочее время,  до тех пор, пока в нормативном правовом акте (что такое правовой акт, и как его отличить от «руководящего указания»,  или «официального мнения» вероятно, все читатели журнала знают, только эти знания крайне редко применяют на практике)  не будет явного указания: «Ответственность за обеспечение  повышенной оплаты труда, предоставление дополнительного оплачиваемого отпуска и сокращенной продолжительности рабочего времени возлагается на работодателя».

А кто уже поспешил реализовать различные «рекомендации» и «предписания»  безграмотных и безответственных «советчиков» и «приказчиков» – подумайте о регрессионных исках, так как получить  необоснованные (ошибочные)  выплаты обратно от работников уже не получится.

В противном случае,  все выплаченное по постановлению №870 отнесите на счет «благотворительности»  и  не забудьте информировать об этом работников (профсоюз) и … главного бухгалтера.

Проблема 3. Проблема «вредных условий труда»…

 Структура правовой нормы, содержащей требование о предоставлении определенной части работников  так называемых «компенсаций» описывается формулой:

«ЕСЛИ работник занят на тяжелых работах или во вредных или в опасных или в иных особых условиях труда, ТО  он имеет право на (нечто, из того, что перечислено  в диспозиции), ИНАЧЕ, такое право у работника отсутствует».

В связи условием (гипотезой) этой правовой нормы существует «небольшая проблемка».  Дело в  том, что в Российской Федерации понятия «вредные условия труда», «опасные условия труда», «тяжелые работы», «особые условия труда» отсутствуют. То есть – абсолютно… Встречаются только «термины», которые совершенно ничего не обозначают.

Да, действительно, в  Руководстве Р 2.2.2006-05  приведены определения «вредных условий труда», «опасных условий труда». Однако, это Руководство правовой нормативной  силы не имеет, и может применяться, только если его применение предусмотрено договором.  В последнем случае это Руководство имеет силу только для договаривающихся сторон.

Совершенно непонятно, на каком основании это Руководство применяют в целях выполнения требований трудового законодательства, при проведении аттестации рабочих мест по условиям труда? Нет, конечно, применять это Руководство можно (тем более, что другого и нет), но это личное дело работодателя: хочу -  применяю, не хочу – не применяю.

Приказ Минздравсоцразвития России от 26.04.2011 №342н  в явном виде никакого указания на применение этого нормативного документа не содержит. Указание в самом документе (п.1.2) на «возможность» его применения в целях аттестации рабочих мест следует рассматривать в таком же качестве, как и в ранее приведенном примере с забором.

Разрешение на применение этого Руководства в целях аттестации рабочих мест аттестующей организацией дает работодатель (п.7 Порядка проведения аттестации рабочих мест по условиям труда, утв. приказом Минздравсоцразвития России от 26.04.2011,  далее –  «Порядок АРМ»): «При проведении аттестации работодатель вправе требовать от аттестующей организации:… проведения измерений и оценок в соответствии с действующими нормативными правовыми актами».  Руководство Р 2.2.2006-05, применяемое в целях аттестации рабочих мест  таковым актом не является, а других нет…. Дальше – «думайте сами, решайте сами»…О коррупциогенности нормы «вправе» умолчим, поскольку  весь Порядок АРМ – учебное пособие по анализу коррупциогенности.

Вывод: «вредные (опасные)» классы условий труда, установленные в соответствии с  Руководством Р 2.2.2006-05 никакого отношения к понятию «вредные (опасные) условия труда» упоминающемуся в Трудовом кодексе РФ отношения не имеют. То есть, абсолютно.

Точно так же, как и «стандарты безопасности труда», о которых идет речь в Трудовом кодексе РФ (ст. 209, 211)  не имеют  ровно никакого отношения к «стандартам безопасности труда» из Системы «стандартов безопасности труда». Не вполне понятно?  Тогда другой пример: точно так же, как «охрана труда» не имеет никакого отношения к тому понятию   «труда», который из обезьяны сделал Человека…

Более подробно с проблемой «вредных условий труда» можно ознакомиться на сайте АНО «ИБТ» (http://www.ohsi.ru/vrednie_usloviy_truda.pdf). Отчет об исследовании этой проблемы, проведенный нашими специалистами содержит более 40 страниц – для статьи многовато…

В подтверждение того, что Постановление  № 870 отличается недостаточно высоким нормативным качеством, можно привести еще один менее значимый, но не менее показательный довод: в качестве процедуры, якобы подтверждающей право работника на так называемые «компенсации», названа «аттестация рабочих  мест».

Однако, такая процедура («аттестация рабочих мест», включавшая в том числе и элементы оценки условий труда), действительно существовавшая в бывшем СССР, в современной России отсутствует.  В соответствии с Трудовым кодексом РФ в России установлена другая процедура «аттестации рабочих мест по условиям труда», представляющая собой непомерно раздутую меньшую часть бывшей советской «аттестации рабочих мест». Возможно, действительно, в Постановлении №870 имелась в виду некоторая иная (новая?) процедура, отличная от «аттестации рабочих мест по условиям труда»? Или такие «мелочи» для нормативных правовых актов не являются существенными?

Выводы нашего исследования заключается в следующем:

  1. В настоящее время в правовом поле Российской Федерации понятие «вредные условия труда» (равно как и опасные, тяжелые, особые и др. условия) отсутствует.  Существуют и активно перетасовываются  только ничего не обозначающие термины.
  2. Вредные условия труда, установленные по Руководству Р 2.2.2006-05, к «вредным условиям труда», о которых идет речь в Трудовом кодексе РФ, в постановлении Правительства от 20.11.2008 №870 и в других нормативных правовых актах, содержащих нормы трудового права – никакого нормативного отношения не имеют.
  3. Аттестация рабочих мест по условиям труда явным образом не предусматривает такой процедуры как «установление на рабочем месте вредных (опасных) условий труда, иных особых условий труда, тяжелых работ».  Порядок АРМ, содержит упоминания об этих условиях в таком контексте, что все эти условия каким-то образом известны и до проведения аттестации рабочих мест по условиям труда.
  4. Такой же концепции, что «вредные условия труда» не выявляются на рабочем месте, а спускаются на рабочее место «сверху», придерживается и проект Федерального закона «О специальной оценке условий труда». Статья 10 (часть 6) законопроекта очень понятно объясняет: « Идентификация потенциально вредных и (или) опасных факторов не проводится (???)  в отношении рабочих мест, … занятых работниками, которым в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами предоставляются гарантии и компенсации за работу во вредных и (или) опасных условиях труда» О как! Теперь становится совершенно понятно, что «компенсации за работу «во вредных и (или) опасных условиях» конкретному работнику устанавливаются не трудовым договором и не приказом, а «нормативным правовым актом». Например,  именным Указом Президента РФ…

Проектом закона «О специальной оценке условий труда» предусматривается введение в правовое поле понятий «вредные условия труда», «опасные условия труда». Однако, предлагаемые определения еще больше запутывают ситуацию. Опять же, в этом нет ничего удивительного:  логичное и понятное определение «вредных условий труда» может быть либо бессмысленным, либо антиконституционным. Третьего не дано.

Вывод по проблеме. До тех пор, пока в правовое поле Российской Федерации не будут введены понятия «вредные условия труда», «опасные условия труда», «тяжелые работы», «особые условия труда», пока не будут установлены правовые процедуры и критерии отнесения «условий труда» к названным категориям применение постановления Правительства РФ от 20.11.2008 №870 – не представляется возможным.  Конечно, если какой-либо недалекий работодатель (руководитель организации), подобно известной «унтер-офицерской вдове»,  сам  не «установит» для своих работников «вредные условия труда»,  грубо нарушая ч. 3 ст.37 Конституции РФ.

К счастью для работников таких работодателей в России пока еще много, благодаря чему количество рабочих мест с «вредными» и «опасными» условиям труда непрерывно и все быстрее увеличивается.  Например, по данным Государственной инспекции труда (www.rostrud.ru) в Кировской области количество рабочих мест с «вредными» и «опасными» условиям труда приближается к 90%!

Актуальным становится новый лозунг в «охране труда»: «Даёшь каждому работнику вредные условия труда, молоко и инвалидность!»

Проблема 4. Неправомерность требования  предоставления «хотя бы, минимальных размеров «компенсаций»

Во многих решениях судов, включая решения Верховного суда  РФ, содержится не вполне уверенная, но настоятельная рекомендация в виде: «Поскольку п.2 постановления Правительства РФ от 20.11.2008 №870 ответственное министерство  пока (уже почти 5 лет!) никак не соберется с силами выполнить,  работодатели (почему-то?) без всяких дополнительных  условий должны предоставить работникам хоть какие-нибудь (?), «ну, хотя бы одну из»(?) компенсаций, «ну,  хотя бы в минимальном размере», указанном в п.1.  постановления №870».

Конечно,  для цивилизованного (правового) государства такие пожелания судебных органов и разъяснения органов власти выглядят, по меньшей мере, странно и должны вызывать недоумение образованной части правоведческого сообщества. Тем не менее, факт остается фактом, такая точка зрения существует,   недоумения не вызывает и активно эксплуатируется  в правоприменительной практике, имеющей к законности очень отдаленное отношение.

Попробуем доказать несостоятельность приведенной точки зрения, основываясь исключительно на положениях Трудового кодекса РФ, аналогичных положениях других нормативных правовых актов, регулирующих некоторые обязанности работодателя и права работника, обусловленные «особыми» условиям труда и, собственно, текста постановления Правительства РФ от 20.11.2008 №870.

Прежде всего, следует отметить, что поскольку адресат нормы, содержащейся в п.1 постановления №870 не определен, мы эту часть рекомендаций  вправе полностью игнорировать.

С другой стороны, п.2. точно определяет сторону, ответственную за установление минимальных размеров так называемых «компенсаций» с учетом результатов «аттестации рабочих мест» [по условиям труда, прим. автора].  Эта сторона – Министерство здравоохранения и социального развития  РФ. Понятно, что ожидаемое решение Минздравсоцразвития России (или иного органа, в случае внесения изменений в постановление Правительства №870) не может выйти за рамки, ограниченные п.1 Постановления, а именно: установить минимальные размеры так называемых компенсаций ниже уровней,  установленных Правительством РФ.

Однако, в гипотетическом (ожидаемом вот уже почти 5 лет!) решении вновь «уполномоченного»  федерального органа исполнительной власти должны быть отражены ответы на следующие пока еще нерешенные вопросы:

все ли вредные (в данном случае без кавычек) производственные факторы должны учитываться при назначении «компенсаций»? Является ли доказанной «вредностью» «выполнение работы по ряду инструкций», или «наличие повышенного уровня пульсации освещенности», «повышенный уровень ЭМП на рабочем месте пользователя ПЭВМ»?  Вопросы не праздные, поскольку эти «вредные производственные факторы» уже исключены из проекта закона «О специальной оценке условий труда», что означает: «вредные условия труда» по этим факторам (в недалеком будущем) установлены быть не могут принципиально;

все ли «компенсации» одновременно должны назначаться при установлении того или иного «класса вредности»  хотя бы по одному, тому или иному «вредному производственному фактору»?  Не будет ли это «утроенной» компенсацией,  нетрудовым доходом работника?;

должны ли эти минимальные размеры устанавливаться действительно в соответствии с цифрами, указанными в п.1 Постановления №870, или пропорционально уменьшаться в соответствии с долей времени фактической занятости работника в так называемых «вредных условиях» труда? (Об остальных «условиях» не упоминаем ввиду их полной непонятности).

Например, в соответствии со ст.  115 Трудового кодекса РФ каждый работник имеет право на основной ежегодный оплачиваемый отпуск, продолжительность которого установлена строго в размере 28 календарных дней. Но это только в том случае, если работник отработал 11 месяцев. Если меньше, то оплачиваемая часть отпуска рассчитывается пропорционально фактически отработанному времени (допускаемый законодательством аванс здесь не рассматриваем).

В бывшей советской «Инструкции о порядке применения Списка производств цехов, профессий и должностей с вредными условиями труда, работа в которых дает право на дополнительный отпуск и сокращенный рабочий день» (утв. м Госкомтруда СССР, ВЦСПС от 21.11.1975 N 273/П-20) также определен порядок и даже приведен пример расчета продолжительности дополнительного оплачиваемого отпуска в связи с так называемыми «вредными условиями труда»:

«…при уходе в последующий отпуск этому работнику дополнительный отпуск в связи с вредными условиями труда уже будет предоставлен не полностью, а пропорционально проработанному времени в производстве, дающем право на этот отпуск».

Таким образом, минимальные размеры так называемых «компенсаций»,  установленные п.1 Постановления №870  не следует рассматривать как  фиксированные  значения. И не следует понимать эту норму, как  ориентированную на работодателя. Эти граничные показатели являются ориентирами для федерального органа исполнительной власти, который с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии «возможно, когда-нибудь» разработает условия («что такое вредные условия труда, тяжелые работы?» и порядок назначения «компенсаций»  - за какие именно условия, какие именно классы, какие конкретно компенсации, в каком размере,  и за чей счет.

Следует также обратить внимание,  что минимальный размер «повышения оплаты труда — не менее 4 процентов тарифной ставки (оклада)» устанавливается относительно «различных видов работ с нормальными условиями труда». Это требование реализуется «очень просто». Если у некоторого шахтера (после реализации п.2 Постановления №870) будут установлены «вредные условия труда», то ему должна быть установлена повышенная оплата труда не менее 4% относительно такого же шахтера, работающего … в «нормальных» (??) условиях труда или относительно других «различных  (??) видов работ с нормальными (??) условиями труда», например, относительно условий труда сторожа или курьера.

Все понятно?  Если понятно, то можно начислять, предоставлять…  Только следует иметь в виду, что достижение «безопасных условий труда» (в определении ст.219 Трудового кодекса РФ) не только не доказуемо, но и принципиально недостижимо. Поэтому, условия для отмены ранее назначенных «компенсаций» (в соответствии со ст.219 Трудового кодекса РФ)  не наступят никогда. Единожды назначенные так называемые «компенсации» за якобы «вредные» условия труда,   если строго следовать букве закона, это как «карма» — на всю оставшуюся жизнь…

Проблема 5. Противоречивые и сомнительные решения  судов

В Решении Верховного Суда РФ от 14.01.2013 N АКПИ12-1570, на которое очень часто ссылаются, внимательно не вчитываясь в буквальный смысл, сказано:

«При установлении по результатам аттестации рабочих мест по условиям труда 3 класса любой степени вредности работник независимо от того, поименована или нет его профессия, должность в Списке производств, цехов, профессий и должностей с вредными условиями труда, работа в которых дает право на дополнительный отпуск и сокращенный рабочий день, утв. Постановлением Госкомтруда СССР, Президиума ВЦСПС от 25.10.1974 N 298/П-22, имеет право на соответствующие компенсации в размерах, не ниже установленных пунктом 1 данного документа (Постановления № 870, прим. автора). В случаях, когда по данной профессии, должности Списком предусмотрены более высокие компенсации работникам, занятым на работах с вредными условиями труда, подлежит применению Список, поскольку до настоящего времени не принят нормативный правовой акт, предусмотренный пунктом 2 данного документа, позволяющий дифференцировать виды и размеры компенсаций в зависимости от степени вредности условий труда».

При этом,  несколько ранее (определение ВС РФ от 4 апреля 2012 г. № АКПИ12-317) Верховный суд РФ в отношении постановления Госкомтруда СССР, Президиума ВЦСПС от 25 октября 1974 г. N 298/П-22 «Об утверждении Списка производств, цехов, профессий и должностей с вредными условиями труда, работа в которых дает право на дополнительный отпуск и сокращенный рабочий день», а также Инструкции, утвержденной постановлением Госкомтруда СССР и Президиума ВЦСПС от 21 ноября 1975 г. N 273/П-20, принял другое (по мнению автора, действительно правосудное) решение:

«В связи с изменением федеральным законодателем (Федеральным законом от 30 июня 2006 г. N 90-ФЗ внесены изменения в часть вторую статьи 117, прим. автора) определения порядка установления минимальной продолжительности ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска, минимальных размеров повышения оплаты труда работникам, занятым на тяжелых работах, работах с вредными и (или) опасными и иными особыми условиями труда, вышеназванные нормативные правовые акты бывшего Союза ССР, устанавливающие перечни указанных работ, не применяются, поскольку противоречат Трудовому кодексу Российской Федерации и являются недействующими».

В Решении Верховного Суда РФ от 14.01.2013 N АКПИ12-1570 следует обратить внимание на следующие детали:

Суд (хоть и не вполне обоснованно)только  подтверждает право работника на дополнительный отпуск и сокращенный рабочий день, НО не возлагает обязанность обеспечения прав работника на работодателя;

в случаях, когда по данной профессии, должности (в отношении  конкретного работника – Истца) Списком предусмотрены (уже установлены) более высокие компенсации в связи с его занятостью на работах с «вредными» условиями труда, подлежит применению Список. И это верно, так как ранее установленные конкретному работнику «компенсации» по любому основанию, связанному с так называемыми «вредными условиям труда»  не могут быть уменьшены или отменены до тех пор, пока уполномоченный орган исполнительной власти не установит наконец-то правила отнесения условий труда у «вредным», а работ – к «тяжелым».

Наше право (к сожалению, или к счастью) не является прецедентным. Тем не менее, понятно, почему решениями судов размахивают представители органов надзора или профсоюзные деятели. Не понятно, почему подавляющее большинство юристов предприятий, с которыми автору приходится иметь дело по существу рассматриваемых здесь вопросов, также совершенно солидарны с органами надзора. Почему, что совершенно очевидно, не вполне логичное, противоречивое частное решение суда (даже Верховного), по частной жалобе конкретного лица, в совершенно конкретной ситуации совершенно точно имеет отношение и к их организации, к их совершенно конкретной ситуации?

Кроме того, в мотивировочной части решения от 14.01.2013 № АКПИ12-1570 Верховный суд РФ почему-то ссылается на Руководство Р 2.2.2006-05, которое не является официально опубликованным нормативным правовым актом.  Неправомерная ссылка на этот документ и положена в основу решения, что совершенно недопустимо. Почему, ни в одном судебном деле не отражено требование юриста предприятия основываться в решении суда только на действующие нормативные правовые акты, а не тащить с чердака всякий хлам?

При этом, еще ранее (18 лет назад)  в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 31.10.1995 № 8 «О некоторых вопросах применения судами Конституции РФ при осуществлении правосудия» указано: «6. Обратить внимание судов на то, что в силу  ч. 3 ст. 15 Конституции РФ не могут применяться законы, а также любые иные  нормативные правовые акты, затрагивающие права, свободы, обязанности человека и гражданина, если они не опубликованы официально для всеобщего сведения. В соответствии с указанным конституционным положением суд не вправе основывать свое решение на неопубликованных нормативных актах, затрагивающих права, свободы, обязанности человека и гражданина».

Основываясь на сомнительном с точки зрения обоснованности решении Верховного суда РФ (14.01.2013 № АКПИ12-1570) Конституционный суд РФ в своем определении от 7 февраля 2013 года № 135-О  сформулировал правовую позицию в отношении предоставления работникам, занятым в так называемых  «вредных и(или) опасных» условиях труда, дополнительного отпуска:

«Указанный в пункте 1 данного документа (постановления №870, прим. автора) ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск продолжительностью не менее 7 календарных дней должен предоставляться всем работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, включая тех, чьи профессии, должности или выполняемая работа не предусмотрены Списком производств, цехов, профессий и должностей с вредными условиями труда, работа в которых дает право на дополнительный отпуск и сокращенный рабочий день, но работа которых в условиях воздействия вредных и (или) опасных факторов производственной среды и трудового процесса подтверждается результатами аттестации рабочих мест по условиям труда (Определение Конституционного Суда РФ от 07.02.2013 N 135-О).

Это определение  содержит  ошибки, не позволяющие однозначно толковать его смысл и собственно, правовую позицию Конституционного суда РФ:

во-первых, действительно, в соответствии со ст. 117 Трудового кодекса РФ, работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда должен предоставляться ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск. Однако (это «официально подтвержденный» факт!),  до сих пор не ясно, что такое «вредные и (или) опасные условия труда» с точки зрения права;

во-вторых, дополнительный отпуск работникам (если они действительно заняты во «вредных или опасных условиях»),  безусловно, должен предоставляться, однако, в смысле трудового права это – не «компенсация», и, кроме того, пока непонятно, за чей счет и на каких конкретно условиях должен этот отпуск предоставляться;

в-третьих, результаты аттестации рабочих мест не содержат выводов о том, что занятость осуществляется «в условиях воздействия вредных и (или) опасных факторов производственной среды и трудового процесса», так как в соответствии со  ст.209 Трудового кодекса РФ, абсолютно все без исключения работники заняты в этих условиях (в решении просто перепутана терминология трудового права, что и не удивительно с учетом ее безобразного фактического состояния). Но и факт наличия  подразумеваемых в решении «вредных условия труда» в ходе аттестации рабочих мест по условиям труда (с правовой точки зрения) также не устанавливается.

Для многих последнее утверждение может вызвать бурю негодования. Не спешите нервничать, просто перечитайте еще раз ст.209 Трудового кодекса РФ и Порядок АРМ. Только очень внимательно прочитайте, вдумываясь в буквальный смысл написанного, а не в объяснения официальных лиц.

Таким образом, изложенную ранее правовую позицию Конституционного суда РФ в реально существующих правовых условиях  следует понимать так:

«в случае, если в Российской Федерации в соответствии с  ч.2 ст.117 Трудового кодекса РФ соответствующим нормативным правовым актом будет  установлен порядок отнесения условий труда к «вредным и (или) опасным», порядок  установления размеров дополнительного отпуска с учетом результатов аттестации рабочих мест по условиям труда и времени фактической занятости в этих условиях, а также сторона, ответственная за обеспечение этой законодательной гарантии  -

«… ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск продолжительностью не менее 7 календарных дней должен предоставляться всем работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда…Ответственность за обеспечение этой нормы возложена на…».

С  учетом пояснений,  приведенных в настоящей статье, каждый читатель может сам провести анализ решений Верховного суда РФ  и Конституционного суда РФ и сделать соответствующие выводы.

Понятно, что такая неустойчивая правовая позиция Верховного суда РФ и неоднозначная правовая позиция Конституционного Суда РФ обусловлены, в основном, запутанностью и противоречивостью трудового законодательства и, прежде всего,  неадекватной терминологией  сферы «условий и охраны труда».

До тех пор, пока в правовой базе национального трудового законодательства будут бессмысленно болтаться ничего не обозначающие термины «вредные, опасные, особые, тяжелые, нормальные, особые температурные» условия труда, «тяжелые» работы,  «работы, связанные с загрязнением»  проблемы обоснованности назначения (или неназначения) так называемых «компенсаций» за так называемые «вредные условия труда» принципиально решены быть не могут.

Только настойчивая позиция юристов предприятий, основанная, в том числе и на материалах настоящей статьи,  в отстаивании законных  прав и интересов хозяйствующих субъектов позволит в конце концов решить проблему так называемых «компенсаций» за так называемые «вредные» условия труда на законодательном уровне.

Совершенно очевидно, что постановление Правительства от20.11.2008 №870  абсолютно ошибочно.  Оно содержит столько правовых и терминологических ошибок, что более-менее квалифицированный юрист просто обязан отстоять  в суде право предприятия на игнорирование это постановления.

Фактически, в настоящее время  установление отдельным работникам сокращенной продолжительности рабочего времени, дополнительного отпуска и повышения оплаты труда по результатам аттестации рабочих мест осуществляется исключительно по доброй воле работодателя, как проявление социальной ответственности (или податливости). Ни в коем случае не следует эти назначения связывать с так называемыми «вредными условиям труда».

Можно связывать все это с классами условий труда 3.1…3.4, установленными по Руководству Р 2.2.2006-05, можно оправдывать ностальгией по  бывшему  СССР или с аналогичной практикой, принятой в Гондурасе. При этом, в любом случае, во избежание налоговых претензий, бухгалтерия должна расценивать связанные с этим затраты, как  принятые  на себя работодателем добровольно.

Выводы.

Таким образом, при установлении на основе результатов АРМ  работодателем повышенного размера оплаты труда, сокращения продолжительности рабочего времени и дополнительного оплачиваемого отпуска (т.е., фактически – осуществлении добровольного  социального акта) ссылки  на постановление Правительства РФ от 20.11.2008 №870  в стр.040 Карты аттестации рабочего места целесообразно исключить, поскольку:

использование в Постановлении  № 870 термина «компенсации» применительно к установлению сокращенной продолжительности рабочего времени,  ежегодного дополнительного оплачиваемого, повышения оплаты труда противоречит  ст. 164 Трудового кодекса РФ и является неправомерным;

условия предоставления «компенсаций», перечисленные в п.1 Постановления  № 870  (вредные условия труда, опасные условия труда, особые условия труда, тяжелые работы), даже для их предоставления  в минимальных размерах уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (п.2)  до сих пор не определены. Не определены также условия (критерии) отнесения  «различных видов работ» к «нормальным  условиям  труда» (п.2 Постановления  № 870) для установления «повышенных»  (относительно «нормальных» условий) размеров оплаты труда;

адресат правовой нормы, содержащейся в п.1 Постановления  № 870, явным образом не определен ни Трудовым кодексом РФ, ни самим Постановлением  №870;

учет мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений как в отношении минимальных размеров так называемых «компенсаций», так и в отношении стороны, ответственной за обеспечение перечисленных в Постановлении  № 870 так называемых «компенсаций», уполномоченным федеральным органом исполнительной власти не реализован (уже почти 5 лет).

Следует также учесть, что при проведении аттестации рабочих мест по условиям труда ответственность и  полномочия по установлению видов и размеров так называемых «компенсаций» за так называемые «вредные условия труда»  Порядком АРМ возлагаются исключительно на аттестационную комиссию. В этой части процедуры АРМ аттестующая организация уполномочена только «оформить» решение комиссии, т.е. «впечатать» необходимые сведения в стр.040 Карты АРМ.  Ни в ком случае не следует заблуждаться, что «компенсации» назначает аттестующая организация.

Ответственность за правильность  заполнения стр. 040 Карты аттестации рабочего места перед работодателем на основе данных, предоставленных  аттестационной комиссией несет аттестующая организация. А ответственность за обоснованность и правомерность решений о предоставлении тех или иных видов и размеров так называемых «компенсаций» возлагается исключительно на работодателя.

В скором времени, действительно ожидается отмена Постановления №870. После этого, многие руководители поймут, что так называемые «компенсации» за так называемые «вредные» условия труда, установленные якобы по результатам аттестации рабочих мест по условиям труда были установлены зря.

Увы, выплаченные работникам деньги вернуть обратно уже не получится. Можно попытаться предъявить  регрессионный иск в отношении аттестующей организации, которая якобы неправомерно обязала работодателя предоставить эти «компенсации» и нести необоснованные расходы.  Однако, это возможно только в том случае, если ответственность за правомерность и обоснованность назначения компенсаций явно возложена на аттестующую организацию договором.

В связи с предполагаемой отменой Постановления №870 содержащиеся в нем нормы планируется перенести непосредственно в Трудовой кодекс РФ.  Когда соответствующие поправки вступят в силу, Вашему вниманию будет предложена аналогичная статья, показывающая, почему это тоже не работает, и работать не сможет…. До тех пор, пока существует  пустое (безобъемное)  понятие «вредные условия труда».

В заключение можно привести выдержку из брошюры Субрегионального бюро МОТ для стран Восточной Европы и Центральной Азии «Охрана труда и бизнес» (2007 г.):

«Неотъемлемым процессом перехода любой страны к рыночным отношениям является изменение роли государства в системе управления охраной труда. Государство принимает роль гаранта  прав работников на труд в условиях, отвечающих требованиям  безопасности и гигиены.  При этом формирование безопасных  условий труда работников является задачей самих предприятий.

Издавна доминировал традиционный подход к решению этой  задачи, в соответствии с которым работодатель выплачивал работникам компенсацию за труд во вредных и потенциально опасных  условиях труда. Таким образом как бы компенсировался вред, наносимый их здоровью. Однако в современном обществе эта система практически изжила себя и больше не используется нигде, за  исключением стран СНГ и некоторых стран Восточной Европы».



[1] Понятие – (по Г. Гегелю) — «прежде всего синоним действительного понимания существа дела, а не просто выражение любого общего, любой одинаковости объектов созерцания. В понятии раскрывается подлинная природа вещи, а не её сходство с другими вещами, и в нём должна поэтому находить свое выражение не только абстрактная общность (это лишь один момент понятия, роднящий его с представлением), а и особенность его объекта».

[2]  Расходами признаются экономические обоснованные и документально подтвержденные затраты, направленные на получение дохода, т.е.  затраты, предшествующие получению дохода. Компенсации таковыми не являются.

[3]   25.09.2013 на сайте regulation.gov.ru  размещен для обсуждения проект постановления Правительства, один из пунктов которого (п.3)  скромно гласит: «Признать утратившим силу постановление Правительства Российской Федерации от 20 ноября 2008 г. № 870 «Об установлении сокращенной продолжительности рабочего времени, …»).

 


Возврат к списку

Яндекс.Метрика